Rambler's Top100

МОЛЧАЛИВОЕ БОЛЬШИНСТВО И НАЦИОНАЛЬНЫЙ КОНСЕНСУС (опубликовано в журнале «Гражданин», №2 2005г.)

Виктор МИЛИТАРЕВ, вице-президент Института национальной стратегии

НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ, О КОТОРОЙ СЕГОДНЯ ТАК МНОГО ГОВОРЯТ, НЕ МОЖЕТ НЕ ОПИРАТЬСЯ НА СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ НАРОДА О ДОБРЕ И ЗЛЕ. И РУССКИЕ ЗДЕСЬ НЕ ИСКЛЮЧЕНИЕ. НАШ НАРОД СФОРМИРОВАЛ ВПОЛНЕ ОПРЕДЕЛЕННЫЙ СВОД ПРАВИЛ И ПРЕДСТАВЛЕНИЙ. ВПЕРВЫЕ ЭТА ПОВЕСТКА БЫЛА ПРЕДЪЯВЛЕНА, ПО СУТИ, В ХОДЕ ПЕРВОЙ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КАМПАНИИ ПО ВЫБОРАМ ПРЕЗИДЕНТА РСФСР, НА КОТОРЫХ ПОБЕДИЛ ЕЛЬЦИН. НО ТОГДА НАРОД ОБМАНУЛИ - ЕЛЬЦИН ОБЕЩАЛ ОДНО, А СДЕЛАЛ ДРУГОЕ.

Что же это за идея? Подспудно она присутствовала все десять лет ельцинского правления, но не была выражена публично, потому что крикливое либеральное меньшинство забивало молчаливое большинство. Наше молчаливое большинство застенчиво, робко, ожидает, что его поддержит власть, а когда это не происходит, то оно молчит, как бы не веря самому себе. Лишь появление на политической сцене Путина дало возможность молчаливому большинству обнаружить в нем проекцию своих надежд и чаяний.

Если быть отчаянно дерзким, то вслед за Анатолием Чубайсом можно назвать русскую национальную идею национал_социализмом. Формулировка, конечно, не вполне честная, поскольку ассоциируется с гитлеровским режимом. Точнее будет сказать так: это сочетание социалистической идеологии (правой социал_демократии) с умеренным национализмом. Уверенность в том, что порядок, правовой и социальный, на территории страны должно осуществлять сильное и ответственное перед обществом государство. В его задачи входит создание такой модели развития, при которой уровень жизни населения равномерно повышается до достаточно высокого для каждого работающего.

Социальное неравенство не может быть велико - не больше, чем допускается данной культурой. При этом с точки зрения людей с низкими доходами желательно, чтобы люди с высокими доходами были достойными своего богатства. Править должны достойные, вверх подниматься должны достойные. Государство обязано гарантировать людям безопасность, быть способным защищать интересы страны, проживающих за границей своих граждан, включая диаспору. Еще важный элемент русской национальной идеи - особое, так сказать, "китайско_еврейское" уважение к высшему образованию. Это очень сильная черта нашего народа, если мы ее сохраним, то выживем.

В государственной собственности должен находиться ряд отраслей народного хозяйства. Это касается военно_промышленного комплекса, топливноэнергетического сектора, информатики и связи. Хотя общество вовсе не против рынка и рыночной экономики, частного сектора. Так, необходимо убрать ограничения на пути развития мелкого и среднего бизнеса. И наше молчаливое большинство, как можно судить, считает такой капитал честным. Все объединены ненавистью к крупному сырьевому бизнесу, тем, кого называют олигархами.

Люди готовы простить лавочнику, даже если он и получил свой бизнес воровским путем, но не готовы то же самое простить Ходорковскому. Можно украсть лавку, но все равно в ней придется работать. Но нельзя украсть у государства нечто, стоящее миллиарды, а потом пользоваться этим только в своих частных целях. Наверное, если бы олигархи вкладывали в развитие внутреннего рынка или всерьез занимались благотворительностью, им бы многое простили. Ведь все понимают, что такое нефть, там не нужно никакого менеджмента: качаешь - и качай. Когда большая часть доходов от продажи сырья уходит за границу, люди справедливо начинают думать, что им залезли в карман.

В нашей национальной идее присутствует и элемент ксенофобии, давайте называть вещи своими именами. Русскоязычный еврей может вызывать раздражение бытовой русофобией и "разговорчиками про русских", а также своей монументальной уверенностью, что он принадлежит к народу одновременно великому и гонимому. Но больше ничего. Как только становится понятным, что у данного еврея эти комплексы отсутствуют, так все недоверие сразу куда_то пропадает. Русскоязычный грек или немец, армянин или грузин, давно живущие в России, воспринимаются как русские. А вот многие другие народы воспринимаются с подозрением. Причина в том, что мировоззрение этих людей не вписывается в традиционные представления русских. "Захватчики" более агрессивны, более высокомерны, более драчливы, талантливо умеют давать взятки.

Наследие эсеров

Имеет ли все вышесказанное какие_либо исторические корни? Думаю, что да. Практически все перечисленное соответствует идеалу русского крестьянина, освобожденного в XIX веке от крепостного права. Эта трансформированная крестьянская идеология тождественна современной городской. Хороша или плоха Октябрьская революция, но она выкинула в город угнетенного при царизме землепашца. Да, сделала это жестоко, но сделала. И крестьянин стал горожанином - рабочим, инженером, офицером, милиционером и так далее. Сегодняшний русский горожанин отличается от горожанина царских времен.

Сто лет назад впервые русская национальная идея была теоретически разработана народниками и вышедшими из их среды эсерами. Иногда эту концепцию называют народным социализмом. Любопытно, что правая эсеровская идеология предвосхитила путь эволюционного развития мировой социал_демократии, которая пришла к этим взглядам после Второй мировой войны, долго освобождаясь от догматического марксизма и примиряясь с рынком. И то, что в свое время проповедовали Чернов или Пешехонов, сегодня является практически официальными взглядами Социнтерна.

Идеология эсеров и кадетов в значительной степени разделялась участниками Белого движения. Многие думают, что белые были монархистами, - это ошибка. На деле русское офицерство к революции дворянским было процентов на двадцать, остальные вышли из разночинцев. Как и вся дореволюционная интеллигенция, офицеры придерживались в основном левых убеждений. Хотя формально взгляды белых опирались на так называемое "непредрешенчество" - проведем Учредительное собрание, и оно решит, будет ли монархия или республика. А пока надо справиться с общим врагом, узурпаторами_большевиками.

Что касается воззрений кадетов, то сегодня их принято считать либералами. Это не совсем так. На самом деле программа кадетов похожа на идеологию нынешнего "Яблока" в части соединения леволиберальных и социал_демократических идей. Кадеты выступали и за государственное регулирование, и за смешанную собственность. Конечно, они не были против рынка, но отстаивали при этом сильные государственные гарантии. Если отбросить переставший для нас быть актуальным крестьянский вопрос, то для горожанина программы эсеров и кадетов, в то время ожесточенных противников, сегодня не очень отличаются друг от друга.

Хотя, конечно, белые генералы боролись с эсеровскими настроениями. Можно вспомнить мерзкие "подвиги" Колчака, расстрелявшего депутатов Учредительного собрания от эсеровской партии. Но Деникин, Врангель и Слащев имели более левые убеждения. Тот же Врангель провел в Крыму совершенно социалистические реформы. Он отдал крестьянам землю, включая дворянскую, и обеспечил снабжение города через продналог, снизил налоги для промышленности и торговли. Но было уже поздно.

Проблемой Белого движения являлся плохой пиар. Большевики вычислили самое слабое место существующей власти и грамотно купили крестьянство обещаниями отдать дворянскую землю. В чем была загвоздка? Крестьяне признавали право дворянства на землю. Но они были против того, чтобы дворянин имел необрабатываемую землю только на том основании, что ее когда_то царь подарил. И в этой ситуации белые, которые все время откладывали решение крестьянского вопроса, исторически проиграли.

В массе своей офицеры Белого движения выступали за единую и неделимую Россию. Они были против федеративного деления, но признавали автономии. Белые фактически выступали за идею многополярного мира. Россия должна быть великой державой, входить в концерт мировых великих держав, который и есть единственный полюс силы. Альянс, основанный на европейских, но никак не азиатских ценностях. Русский западник того времени - это вовсе не человек, слепо преклоняющийся перед Западом. Большая часть офицеров Белого движения являлась приверженцами русского пути, более социально ориентированного, чем у правящих кругов большинства западных стран того времени. А вот евразийство молодых вызывало впоследствии отторжение у ветеранов Белого движения.

Национальное примирение

Сегодня мы должны примирить белых и красных. Что можно взять из наследия Белого движения? Прежде всего - идею проведения Учредительного собрания, чтобы легитимизировать новое Российское государство. Ведь не вполне понятно, откуда взялась нынешняя власть. Какой_то президент какой_то республики в составе СССР вдруг становится суверенным, вдобавок потом совершает государственный переворот. Если Путин действительно хочет, чтобы следующий президент обладал легитимностью, надо проводить Учредительное собрание. И именно на нем конституировать государство. Мы, безусловно, не СССР и не Российская империя, хотя и имеем право быть правопреемниками и того, и другой.

Мы должны честно сказать о том, что было плохого в советском режиме, и пообещать, что подобное больше не повторится. Хорошо бы услышать эти слова и от российской компартии. Вместе с тем следует указать и на то хорошее и замечательное, что сделала советская власть. Тут и право на всеобщее образование, развитие науки и промышленности, массовые жилищные программы. Даже мелочи пригодятся, например наша педиатрия. Или путевки "на юга" для взрослых, а для детей - в пионерские лагеря.

При этом мы должны сказать, что советское государство возникло в ходе жестокой революции, когда пролилось немало крови. На этом фоне, как бы это ни было неудобно, нужно признать большую правоту белых. Хотя объективно они оказались врагами России, став инструментом геополитических игр конкурентов страны. Другое дело, что идеология Белого движения правильная. Они не выступили в защиту эксплуататорских классов, являясь сторонниками социально ориентированного государства. Давно пора избавить Белое движение от клеветы красных и глупости собственных его вождей, перекрасившихся в эмиграции в монархистов.

В основе всего должен лежать социально_патриотический синтез. Не то государство ответственно, которому мы служим, а то, которое служит нам. Великая Россия - держава, в которой всем русским и примкнувшим к ним народам должно житься хорошо. Главная цель страны - накормить гражданина, дать ему доступ к образованию и науке и возможность думать о Боге в той форме, которую он сам считает истинной. По_настоящему душа может стремиться к небесам, когда не свербит плоть. Если базовый уровень хлипкий, трудно выстраивать надстройку. Нормальная, здоровая религиозность реальна, когда общество образованно и демократично. А это возможно, когда люди сыты и государство служит человеку.

Осторожно можно сказать, что высказанный идеал не противоречит идеалу коммунизма. Ведь в чем проблема коммунистической идеологии - она несвоевременна. В нынешних условиях невозможно создать условия для его реализации без государства. Организуй вначале социал_демократический строй, он эволюционно будет развиваться, и лет через сто можно будет двигаться в сторону коммунистического идеала. Но на сегодня наша цель - союз трудящихся, интеллигенции, мелкой национальной буржуазии против блока компрадорской олигархии, коррумпированной бюрократии и криминалитета. Вот народ, а вот и враг народа.

Безусловно, национальное примирение невозможно без создания общего пантеона героев. Главная проблема с красными. Здесь необходима тонкая работа, следует выделять в первую очередь тех, чьи руки не запачканы кровью. Допустим, такие люди, как Чичерин, Шлихтер, Красин. Еще один пласт - Чкалов, Королев и Гагарин. Что касается белых, то героями из вождей движения можно назвать таких людей, как Врангель и Пепеляев. Идеологи - это такие философы, как Струве, Франк, Лосский среди белых, Богданов, например, среди красных. Что касается больной темы Великой Отечественной войны, то симпатии, при всем понимании позиции противоположной стороны, будут не на стороне Мережковского и Власова, а на стороне Бунина, Деникина, княжны Вики Оболенской и матери Марии.

Молчаливое большинство

Рано или поздно, но всем нам необходимо будет задуматься о преодолении трагических последствий распадения "цепи времен", произошедшего в октябре 1917 года. Судя по всему, предстоит это сделать Путину и молчаливому большинству. Эти люди ожидают от Путина более радикальных действий. Они верят ему, считая, что президент действует в целом в правильном направлении. Но нельзя не отдавать себе вместе с тем отчет в том, что эта любовь - типичный брак по расчету. Когда молчаливое большинство видит, как Путин осуществляет их представления (проводит популярные меры, например, посадил Ходорковского), рейтинг президента идет вверх.

И даже если Путин не ответит этим чаяниям, даже если народ от него отступится, молчаливое большинство никуда не денется. Оно уже осознало себя как силу. Только свои симпатии люди отдадут другому представителю элиты, который поддержит их чаяния делами.

 

Rambler's Top100