Rambler's Top100

Виктор Милитарев, Михаил Денисов

Поворот

 

I

Президентская кампания Примаковым находится под серьезной угрозой. Путин имеет в глазах народа тонкую заслугу – никто из политиков на его месте, судя по всему, не повел бы себя так снайперски точно в Чечне. Тонкость ее состоит в этой точности. Путин ни разу не прогнулся перед давлением Запада – в противоположность Ельцину и Черномырдину, которые ни разу не не прогнулись. Заискивающее поведение Путина перед Ельциным на телеглазу прощается как допустимая военная хитрость.

Адекватность Путина в чеченском вопросе породила в народе широкие по политическому спектру ожидания и надежды на то, что и с личными экономическими проблемами избирателя Путин сумеет справиться, улучшив его жизнь и выведя к тому же страну на правильный путь. На Путина работает информационная машина, у Примакова ее нет. На создание адекватной противостоящей информсилы осталось не так много времени, и преодолеть надо немало препятствий.

Если Примаков хочет побороться за президентство, то ему следует принять стратегическое решение. Оно состоит в определении главного для населения вопроса, а по форме выражается в смене темы. Необходимо вместо Чечни перевести в центр общественного внимания тему исправления пагубной экономической линии загнивания России на “правильную” экономическую линию.

Тема Чечни выигрышна для Путина, поэтому Примакову нужно постараться оттеснить ее на второй план, ограничиваясь полной поддержкой действий Путина, если только тот не сделает ошибок в сторону смягчения своей линии. Ошибки Путина (если таковые последуют) в сторону ужесточения Примаков использовать без ущерба для себя, наверное, не сможет.

Неправильность нынешней экономической политики заключается в так называемом “воровстве” или в “ограблении страны”. Главных составляющих пресловутого воровства или ограбления две. Первая – это владение и распоряжение недрами узкой группой населения совместно с некоторыми иностранными жуликами. Вторая – невиданная коррупция. Но тема коррупции опошлена, никто не возражает против борьбы с ней, и трудно найти оригинальные ходы, дающие большие предвыборные очки.

Поэтому центральной информационной темой, на основе которой еще можно бороться за президентство, является тема возвращения государству, а тем самым – благодаря вопиющим масштабам снижения доли, получаемой большинством населения от продажи сырья (газа, нефти и металлов), по сравнению с брежневским и горбачевским периодом – и народу, недр и предприятий первичной обработки (а в случае с газом, и транспортировки) сырья.

Путин сделал ошибку, сказав, что не будет делать передела собственности. Ему придется либо упорствовать в ней, либо исправлять. Примаков мгновенно отреагировал на нее в правильном направлении, хотя сделал это не вполне точно.

Если Путин будет упорствовать, то для Примакова раскрывается удобная перспектива информационной кампании, и не только информационной, но и моральной.

Если же Путин будет исправлять эту ошибку, то все равно Примаков имеет возможность опередить его на пути призывов к конфискации незаконно приватизированных недр из-за связанности Путина в этом вопросе ельцинским окружением. (Отметим, что незаконность приватизации в этой и смежных областях вышла далеко за рамки нарушений, имевшихся в других областях, и в этом состоит существенное отличие для потенциального правопримене­ния.)

Предлагаемая пропагандистская стратегия сопряжена с определенной долей риска. Риск этот заключается в том, что сегодняшнее общественное мнение Запада склонно рассматривать любые предложения по пересмотру итогов приватизации в России, как призывы к пресловутому “возврату назад”. Для сведения  такого риска к приемлемому минимуму требуется  превентивная разработка совместно с основной пропагандистской стратегией дополнительной линии пропагандистской аргументации. Основными аргументами, на наш взгляд, должны быть следующие.

Мы очень далеки от призывов к повальной национализации. Речь идет не о национализации, предлагаемой исходя из соображений той или иной экономической идеологии, а о деприватизации (исключительно в законном порядке по решению суда) предприятий, приватизированных незаконно или с существенными нарушениями закона.

Хотя для российского патриота это и чрезвычайно неприятно, но приходится признать, что до сих пор честными собственниками и инвесторами в России являются почему то исключительно иностранцы.

Для проведения деприватизации незаконно приватизированной собственности совершенно необязательно иметь левые убеждения, достаточно придерживаться классического либерального принципа о священности частной собственности, ведь законная собственность государства была отчуждена незаконно.

Собственность, возвращенная законному собственнику, то есть государству, может быть этим же государством передана новому эффективному частному собственнику на законных основаниях.

Представляется нетерпимым, что у нас сложились две крайние партии, - т.н. “либералы”, которые исходя из принципа священности частной собственности предлагают оставить краденное ворам и т.н. “левые”, предлагающие возвратить наворованное законному собственнику, исходя из отрицания принципа нерушимости частной собственности. Наша позиция, как минимум, логичней.

Можно ли назвать либеральным сложившееся в результате т.н. “реформ” общество, если благодаря массовому незаконному обогащению узкого круга лиц и массовому обнищанию большинства населения в этом обществе грубо нарушен принцип равенства возможностей. Можно ли назвать либеральным общество, в котором вследствие названных обстоятельств процветает монополизм и отсутствует свободная конкуренция.

И, наконец, требуется опровергнуть самое “коронное” пропагандистское утверждение противников передела собственности: всё для жителей России только сильно ухудшится в случае передела собственности, а скорее всего приведет к резне.

В ответ на это есть следующие пропагандистские ответы, совпадающие к тому же с настоящим положением дел:

Какая же может быть резня, если главное начальство, полностью поддерживаемое в этом вопросе милицией, армией, спецслужбами и подавляющим большинством населения отберет источники грабежа (и часть награбленного) у небольшой группки не имеющих отношения к менеджменту людей, а менеджеров оставит при деле, правда, уменьшив их доходы? Право, не смешите меня.

Как это может стать хуже для России, если при сохранении нынешнего положения дел нет никаких шансов на вылезание ее из болота? Потомки нынешних грабителей могли бы цивилизоваться, если бы у России было лет пятьдесят на это. Но этих лет у нее как у страны нет. Геополитически она поставлена перед необходимостью выправить свои дела не позднее, чем через 5-8 лет.

Интересно, что это понимает и Путин, который сам хочет повернуть дела частично на прежний лад, а именно, за счет перехода к государству большей доли доходов от продажи сырья продвинуть в определенных направлениях хайтек и ВПК (в частности, электронику). В других отношениях он тоже вовсе не упертый либерал – небольшие элементы “кейнсианской” риторики, которые он себе уже позволяет (про необходимость роста платежеспособного спроса населения для развития экономики), кажется, искренни. Даже если до выборов Путин и будет по тактическим соображениям отношений с ельцинской “семьей” отвергать деприватизацию, в случае своей победы он будет почти вынужден ее провести, так как он весьма рационален и своей собственной политической выгоде сопротивляться не захочет.

Почему же надо постараться воспрепятствовать воцарению Путина? Причин две. Первая состоит в том, что Путин неизвестно какой человек, а глаза его почти заставляют предположить, что, мягко скажем, не ахти какой. Есть у нас и неблагоприятные непроверенные слухи насчет него. Примаков, очевидно, знает Путина и его прежние дела лучше нас и может соответствующим образом скорректировать это утверждение. В противоположность этому Примаков выглядит симпатичней не только внешне, но и многое из его дел широко известно. Он оказался способен на многолетнюю дружбу с многочисленными научными и “артистическими” друзьями. Он всегда был весьма независим в своих публикациях.

Вторая причина – в том, что Примаков был для Ельцина “вынужденным” премьером, а Путин – это ельциноид, назначенный Ельциным себе в преемники. И для лучших людей страны будет оскорбительно, если Ельцин еще и добьется избрания его  населением.

 

 

II

 Что же Примакову необходимо сделать и когда?

 Заявление о деприватизации добывающих высокорентабель­ных отраслей может быть сделано как до, так и после парламентских выборов. Недостаток второго варианта состоит в том, что придется пожертвовать несколькими процентами голосов за ОВР, уповая на то, что даже 10%, набранных ОВР, для Примакова провалом не будут (тут можно провести параллель с Лебедем, который со Скоковым набрал меньше пяти процентов, а без Скокова – пятнадцать). Преимущество же второго варианта состоит в большей возможной планомерности пропаганды.

 Необходимо срочно провести замеры общественных настроений на тему деприватизации сырьевых отраслей (фокус-группы и закрытый соцопрос). По ходу разворачивания соответствующей пропаган­дистской кампании замеры следует повторять.

 На какие дополнительные общественные силы можно опереться? Надо поддержать трудовые коллективы рентабельных предприятий, которым губернаторы силой пытаются навязать своих директоров, выполняющих волю губернаторов и якобы законных собственников. По странной иронии судьбы почти все эти губернаторы а) либо непосредственно входят в блок “Единство”, либо активно поддерживают его, б) поговаривают о том, что большинство из них не совсем в ладах с законом. Действия Тулеева, Лебедя, Наздратенко, Росселя и других уже вышли за все рамки приличий. Они не только действуют практически как бандиты, получившие власть, но и переходят на бандитский язык угроз, журналистам, например, говорят: “вам здесь жить, так что…”. Или чего стоит росселевское бандитское “туда-сюда”. Риторика у Примакова тут может идти в направлении: “вы что, и впрямь революции хотите?” или, скажем,  “у нас, если вы не забыли, Россия, так что процессов Сакко и Ванцетти у вас не получится”.

 Дополнительно заметим, что почти во всех таких конфликтах трудовые коллективы находят себе союзников в лице предпринимательских структур, которые будучи не связанными с “Семьей” и олигархами вынуждены работать эффективно и придерживаться в отношениях с работниками линии на социальное партнерство. Самый характерный пример - группа МИКОМ в Кузбассе, ставшая в тулеевской пропаганде чем-то вроде “кровавой собаки Тито” губернского масштаба.

 Какие главные ресурсы нужны для сколько-нибудь успешной президентской кампании? Необходимо добиться перехода контроля над политическим вещанием ТВ-Центра и НТВ непосредственно к Примакову и тем самым заменить почти весь человеческий состав в кадре и за кадром, так как из ценных людей, имеющихся, скажем, на ТВЦ, припоминается разве что Пушков. Также необходимо, чтобы Лужков и Гусинский дали Примакову соответствующие деньги, которые необходимы для агитации в регионах. И то, и другое небезнадежно, так как Лужков и Гусинский зашли уже довольно далеко, а кремлевцы могут вынудить их зайти еще дальше. Угроза перевода НТВ на дециметровый диапазон – в основном блеф, но если она будет реализована, то это с большой выгодой для себя могут использовать и Гусинский, и Примаков.

 Информационная кампания должна быть по меньшей мере трехслойной. Первый слой – это то, что говорит сам Примаков. В этом случае в основном используется телевидение. Второй слой – это то, что озвучивают его люди. Здесь используются телевидение и газеты. Третий слой реализуют не “засвеченные” на сегодняшний день люди вроде авторов настоящей записки. Как основной инструмент может быть использован неофициальный сайт в Интернет, который будет служить, в частности, источником информационных провокаций и возбуждения полемики по острым вопросам.

 Из первоочередных дел мы, например, можем взяться за составление логически связной сводки основных появлявшихся в печати критических тезисов об экономи­ческом курсе, проводившем­ся восемь лет под предводительством Ельцина. В нее в развернутом виде будут, например, включены:

невозможность получить капиталистов посредством разрешения частной собственности; место крупных капиталистов заняли те, кто были в СССР ворами-теневиками, или те, кто получил старт с опорой на эту среду; и делают они то же самое, только в грандиозно увеличившихся размерах и пряча сворованное за границей,

географические элементы (Россия – самая холодная и потому самая дорогая для жизни и большой части производства страна, в то же время Россия – самая богатая по запасам сырья страна, продающая его по невыгодным ценам; как в обозримой перспективе это можно исправить),

классификация того, для чего выгодно иметь свободный поток капиталов и товаров с заграницей, а для чего нет,

возможность или невозможность переноса в Россию, скажем, японского опыта создания тарифного барьера, который при сравнительно невысоком уровне жизни дает японцам возможность чувствовать себя богачами при выездах за границу.

 

Во-вторых, у нас имеется готовый набор тезисов популистской идеологии, который мы можем представить на рассмотрение и принять участие в его обсуждении.

 

Авторы настоящего текста имеют свою подвижную команду из 15-20 человек, участвовавшую в различных избирательных кампаниях и других политических и пиарных мероприятиях. При необходимости у нас есть возможность привлечь еще 150-200 человек.

 

 

Rambler's Top100