Rambler's Top100

Егор Холмогоров

Двойная провокация

Путин и армияПротестная оппозиционная активность приобретает в стране все более нелепые и опасные формы, причем власть делает буквально все для того, чтобы протест максимально заострить.

Проведенное накануне 23 февраля очередное «Офицерское Собрание» как нормальное мероприятие было фактически сорвано властями.

Кордоны милиционеров, перекрытый вход в здание, вранье про то, что в Академии госслужбы, где планировалось провести собрание «нет света», — все это довело дело до уличного митинга.

На самом митинге было принято обращение, в котором оказалось заявление, что армия решит судьбу страны без Путина.

А далее, на узком заседании, были приняты «Военная доктрина России», «Боевой устав народного ополчения» и, для полноты счастья, назначено «альтернативное министерство обороны», — Высший Офицерский Совет — во главе с бывшим безальтернативным министром генералом армии Родионовым.

Протест военных можно понять — по армии последние реформы ударили очень больно.

Можно понять и обеспокоенность военных политиков во главе с генерал-полковником Ивашовым, поскольку угроза России со стороны НАТО серьезно возросла, и — на фоне активности всевозможных оранжевых революционеров в ближнем зарубежье и в самой России (где уже появились вооруженные оранжевым флагом сторонники превращения Калининградской области в автономную республику) — угроза вторжения в Россию выглядит вполне реально.

Но самое странное и нелепое, что только могут сделать армия и российское офицерство перед угрозой вторжения и десуверенизации России — это создавать «теневое министерство обороны», принимать «параллельную военную доктрину» и грозиться превратить армию в собрание «народных ополчений».

Представим себе дипломатические позиции Путина как Верховного Главнокомандующего на переговорах в Братиславе, после того как в его армии появилось «параллельное министерство».

Современная армия никогда, ни при каких условиях, ни в каком случае не может превращаться в «народное собрание», на котором казаки выкрикивают: «Любо!»

Современная армия может выполнять приказы и служить инструментом внешней и оборонной политики.

Современная армия, в случае, если политика правительства становится откровенно антинациональной и ведущей к уничтожению государства, имеет некоторое моральное право на военный заговор и переворот.

И то подобная «переворотная» активность вполне может закончиться для страны так, как закончилась она для Российской Империи в феврале 1917 г.

Однако военный заговор как форма политической борьбы предполагает тайность, конспиративность, то есть по-военному четкую организацию.

«Открытый военный заговор» — это нонсенс.

Он не может достичь перемены правительства, зато может ослабить — и непременно ослабит — армию и государство.

Превращение социального протеста военных в имитацию раскола армии — занятие безответственное и разрушительное прежде всего для самой армии, а также и для государства, и убийственное для военных.

Поэтому с тем, кто и почему вбросил идею с «параллельным министерством», стоило бы тщательно разобраться.

А заодно стоит разобраться и с тем, почему в очередной раз поведение властей выстроено было в логике провокации.

Вместо того, чтобы говорить с офицерами по существу, их по сути превратили в заложников двойной провокации.

И это говорит о том, что, несмотря на попытки выпутаться из петли кризиса, пока она затягивает страну все туже и туже.

 

 

 

Rambler's Top100