ТОВАРИЩ
ТЕМЫ ЗАСЕДАНИЙ КЛУБА "ТОВАРИЩ"
НОВОСТИ
| КЛУБ
| ТОВАРИЩ, ВЕРЬ!
| ОБЗОР ПРЕССЫ
| АНАЛИТИКА
| КРИТИКА
| ФОРУМ

Клуб работает с 7 августа 2003 года



АНАЛИТИКА

Сергей Черняховский: Коммунистическая партия Российской Федерации (КПРФ)

Московский центр Карнегги

Левый фланг партийно-политического спектра России к кампании 2003 г., в сравнении с предыдущими выборами, оказался в заметной степени модифицирован. Кроме КПРФ, перерегистрацию в соответствии с законодательством о политических партиях прошла лишь одна организация: РКРП-РПК во главе с В. Тюлькиным и В. Крючковым, возглавлявшими ранее две самостоятельные структуры с соответствующими названиями. Сторонникам В. Анпилова не удалось оформить регистрацию, РКП-КПСС А. Пригарина отказалась от регистрации, не желая предоставлять властным структурам сведения о своих членах, Партия Мира и Единства С. Умалатовой еще в начале правления В. Путина заявила о переходе на сторону власти, утратила значение на левом фланге и растворилась в массе незначительных политических организаций околовластного толка. Попытка О. Шенина и К. Николаева создать, пользуясь авторитетом СКП-КПСС Коммунистическую партию Союза России и Белоруссии не нашла поддержки других партий и низовых организаций и оказалась столь не удачной, что привела к реальной утрате их контроля за самим СКП-КПСС. КПС, о создании которой они громогласно объявили, казавшаяся по замыслу относительно перспективной, в результате неумелых действий своих создателей оказалась предельно малочисленным образованием, не пользующемся влиянием даже на левом фланге и абсолютно незаметным в политическом спектре страны даже на фоне старых малочисленных лево-коммунистических образований.

Сама КПРФ, начавшая подготовку к выборам минимум за год до начала кампании, приняла установку на участие в них одним консолидированным блоком. При ее участии в первой половине 2003 г. было создано постоянно действующее совещание Объединенной оппозиции, координирующее политические акции левых. В рядах КПРФ стали все шире звучать требования включения в партийный список лидеров других левых организаций.

Спорным стал вопрос о форме организации единого блока. Еще в конце 2002 - начале 2003 г. руководитель Исполкома НПСР Г. Семигин и С. Глазьев публично выступили с идеей образования избирательного объединения не в форме самой КПРФ, а в виде блока разных организаций с более широким названием: в диапазоне от НПСР до "Коммунисты-Патриоты-Аграрии". Руководство КПРФ, справедливо полагая, что теперь само их название является выигрышным брендом, отказ от которого может привести к потере голосов, особенно в условиях, если какой-то организации удастся выступить с наименованием "Коммунистическая", - отказалось от подобного предложения и было поддержано партийными массами.

В ответ С. Глазьев, представляемый после относительного успеха на Красноярских выборах официальными СМИ в качестве нового перспективного лидера левых, предпринял самостоятельную попытку объединения массы мелких организаций в одну широкую коалицию. Этому содействовало и то, что лидеры КПРФ оказались не готовы к предоставлению ему в своем списке устраивающего его места в первой тройке. В этом, безусловно, проявилось их неумение оценивать своих сторонников по личным публичным качествам, а не по нормам партийной иерархии. Однако и С. Глазьев оказался не готов выполнить роль объединителя. Вслед за лидерами КПРФ переоценивая электоральное значение некоммунистической патриотической составляющей, он стал собирать в свой блок предельно неоднородные организации. В результате, если первоначально его образование представлялось, как объединяющее левый фланг за исключением КПРФ, включая левых коммунистов, социалистов и левых социал-демократов, - то затем оно шаг за шагом стало смещаться вправо. После прихода в его блок А. Дугина от участия в нем отказались наиболее левые организации, а после объединения с КРО Д. Рогозина и Ю. Скокова ушел и Дугин, объявив о превращении блока из лево-социалистического в грубо-националистический.

КПРФ не удалось, благодаря собственным ошибкам, удержать С. Глазьева в своем блоке, однако, уже благодаря ошибкам последнего, созданный им блок оказался малоперспективен и не опасен для КПРФ.

Одновременно последней удалось впервые за все кампании консолидировать другие коммунистические организации. Были достигнуты договоренности об участии в ее списке РКРП-РПК, ранее составлявших, вместе с РКП-КПСС, блок "Коммунисты, Трудовая Россия (в 1999 - трудящиеся России) – за Советский Союз". Первоначально предполагалось, что РКРП-РПК получит 10 % мест (пропорционально полученным на предыдущих выборах голосам: 2.2 % у "КТР-СС", 24 % у КП РФ). При этом предполагалось, что РКРП-РПК получает одно место в центральном списке и 4-5 мест в проходных частях региональных списков. Однако накануне своего съезда руководство КПРФ отказалось от достигнутой договоренности и оставило за РКРП-РПК одно место в центральном списке и порядка 10 мест в непроходных частях региональных списков.

В основном, хотя и не полностью, КПРФ и РКРП-РПК согласовали кандидатуры в одномандатных округах. Для подтверждения статуса общефедеральной партии РКРП была заинтересована в фиксации своего самостоятельного участия в выборах и выдвинула около 20 кандидатур в одномандатных округах. В 13 случаях эти кандидаты были согласованы с КПРФ и не имели конкурентов со стороны КПРФ, однако в остальных случаях согласовать позиции не удалось, и кандидаты от обеих партий конкурируют друг с другом.

Однако в целом впервые за историю Думских выборов КПРФ удалось выйти на выборы без конкуренции с другими левыми организациями.

Вместе с тем, несмотря на заблаговременно начатую подготовку, КПРФ не удалось достичь однозначности в своей идеологической стратегии. С одной стороны, в руководстве КПРФ все отчетливее стало утверждаться понимание необходимости перехода от "патриотической" риторики к социально-защитной тематике. Выдвинув, за год до выборов, идею референдума по четырем заведомо выигрышным социальным позициям, коммунисты, несмотря на запрет референдума, получили в руки мощное пропагандистское оружие. Появилась четко отработанная технологическая идея сосредоточить кампанию вокруг этих четырех вопросов и "превратить выборы во всенародный референдум". Прими КПРФ эту установку однозначно и обеспечь она ее грамотное проведение, шансы этой партии на победу на думских выборах существенно возросли бы.

Однако часть лидеров оказалась не готова к отказу стереотипов начала 90-х гг. Еще в начале 2003 г. на всероссийском совещании руководителей первичных организаций было заявлено о том, что центральным вопросом кампании должен стать "русский вопрос". Утверждалось, что тот, "кто не понимает значения русского вопроса – просто не готов к выборам".

В итоге противоречивой оказалась как Предвыборная Платформа КПРФ, так и подход к формированию партийных списков.

С одной стороны, авторам Платформы удалось качественно энергетизировать ее стиль. Вместо вялых многословных формулировок, с которыми КПРФ шла на прошлые выборы, в Платформе появилась твердость форм и энергетика призывов:

"Граждане России!

Предательством, подкупом и обманом в стране воцарилась Воровская олигархия. Установлен антинародный режим. Лицемерие и ложь, презрение к трудовому народу и русофобия стали его идеологией...

Во имя чего мы объединились... Для чего России социализм? Для чего России советская власть?... Для чего России Союз? ...

КП РФ - партия будущего. ... КП РФ - настоящая партия. ...

Пора взяться за ум! Пора народу брать власть! За власть трудового народа! За дело патриотов! За народный блок КП РФ! За родную землю и народную волю! За будущее России!"

Несложно заметить, что за образец авторы Платформы КП РФ взяли Предвыборную Платформу РКП-КПСС 1999 г. с присущей ей энергетикой и завершенными глагольными формами. Налицо почти дословное повторение некоторых риторических приемов и форм. Однако КПРФ, с одной стороны, почти полностью сняла завершенность политических и экономических требований РКП-КПСС, ее обращенность на цивилизационный и технологический прорыв, с другой стороны, – включила в энергетические формы левых традиционалстско-патриотическую риторику.

В Платформе содержится идея превращения выборов в народный референдум:

"Правящий режим испугался и запретил проведение референдума, ибо знал, что скажет народ. Но вопросы никуда не делись. С каждым днем они встают все острее и острее.

Если вы поддержите на думских и президентских выборах кандидатов НАРОД-НОГО БЛОКА КПРФ, вы скажете тем самым:

ДА! ЗЕМЛЯ И НЕДРА - НАРОДНОЕ ДОБРО!

ДА! МЫ САМИ СТРОИЛИ СВОЙ ДОМ И НЕ ДАДИМ СЕБЯ ГРАБИТЬ!

ДА! ПРАВО ТРУЖЕНИКА НА ДОСТОЙНУЮ ЗАРПЛАТУ НЕРУШИМО!

ДА! ПУСТЬ ФАБРИКИ И ЗАВОДЫ СЛУЖАТ ОБЩЕМУ БЛАГУ!"

Однако нельзя не заметить, что, с одной стороны, четкие формулировки, предлагавшиеся на референдум оказались заменены на риторические посылы с неконкретным содержанием.

С другой стороны, при насышенно-энергетических формах авторы ввели в нее заведомо ограничивающие восприятие избитые обороты и штампы. Прежде чем обратиться к содержанию, избиратель должен прочитать упоминание о "русофобской идеологии режима". Не говоря о том, что именно применительно к нынешнему режиму, власти Путина это обвинение выглядит довольно спорно по существу, сама формула давно вызывает идиосинкразию в обществе, особенно в его левой составляющей.

КПРФ, с одной стороны, начала ощущать запрос на энергетику и социальность, нарастающие в обществе, с другой – так и не ощутила на эмоциональном и проигнорировала на аналитическом все социологические данные, однозначно говорящие об остывании в обществе интереса к "национальной теме".

То же проявилось и при замене второго места в партийном списке с Нобелевского Лауреата Ж. Алферова на Н. Кондратенко. Хотя официально это было обставлено как желание Алферева не политизировать свою научную деятельность, политически это однозначно выглядит как большую значимость в представлении лидеров КПРФ не наукоемкого, технотронного сектора общества, а его ксенофобно-патриархальной составляющей.

Противоречивым оказалось вступление КПРФ в кампанию на пропагандистско-технологическом уровне. Ей удалось привлечь к кампании ряд квалифицированных политтехнологов, среди которых в первую очередь отмечается руководитель соответствующих структур ЮКОСа Илья Пономарев, провести ряд ярких акций (от первомайского рок-концерта до антиглобалистских молодежных мероприятий осенью), однако ее ведущие издания "Правда", "Советская Россия", "Завтра" - по прежнему полны тягучих проклятий в адрес власти, носящих характер традиционалистских проповедей, относительно увлекательных для круга своих читателей, но мало способных выполнить функцию привлечения новых сторонников.

В отличие от прошлых кампаний, в этом году проявились два новых обстоятельства. Во-первых, КПРФ вступает в предвыборную борьбу без сильных медиа-союзников. Молчаливо допустив разгром олигархических медиа-империй, КПРФ утратила возможность использовать их разногласия с властью и лишилась в прошлом относительно надежного союзника в лице медиа-группы В. Гусинского. Широко озвученный союз с Б. Березовским и М. Ходорковским, лишенных сегодня мощных медиа-ресурсов, уже не может компенсировать эту потерю.

Во-вторых, власть, контролирующая ведущие электронные СМИ, явно сменила тактику борьбы против КПРФ (хотя первые элементы этого проявились и на прошлых выборах). Вместо публичных атак на КПРФ и антикоммунистической пропаганды используется прием почти полного замалчивания деятельности оппозиции.

Притом, что основная масса избирателей следит за политическим процессом с помощью электронных СМИ, им в значительной степени представляется, что оппозиция абсолютно безынициативна.

На деле это явно не так, КПРФ пытается постоянно создавать информационные поводы, озвучивать свои инициативы, информация о которых остается на страницах ее СМИ.

Депутаты и кандидаты от КПРФ постоянно выезжают в регионы, проводят встречи с избирателями, рассказывая о своей деятельности и, проводя свои отчеты, распространяют данные о характере голосований тех или иных фракций и депутатов.

В частности, 7-9 октября прошла интенсивная серия встреч Г. Зюганова с избирателями Чувашии и Мордовии, в ходе которой были зафиксированы многие случаи давления на сторонников КПРФ со стороны местных властей.

В парламенте КПРФ по-прежнему активно выступает с социально-защитными инициативами. Ряд ее законопроектов получает поддержку, в частности, законопроект о повышении минимальной зарплаты, противостояние поправкам к Закону об образовании, ограничивающим возможность получения бесплатного образования.

Однако это либо не отражается электронными СМИ, либо принятые законопроекты просто приписываются противостоящим политическим силам, как это было в случае о повышении минимальной заработной платы.

Руководство КПРФ активно поддерживает международные контакты, причем кроме достаточно экзотических, как встречи с палестинскими представителями, лидеры КПРФ поддерживают публичные контакты и с ведущими мировыми политическими силами. Так, например, по сообщениям пресс-службы КПРФ на 10 октября была назначена встреча с послом США А. Вершбоу, причем инициатором выступила американская сторона. Это подтверждает, что ведущие мировые державы по-прежнему рассматривают КПРФ как мощного политического игрока современной России, обладающего реальными шансами на обладание властью, либо на участие во власти.

Подтверждением значимости КПРФ в выборной кампании является и интерес к ней со стороны олигархических групп, равно, как и оказываемая ей поддержка. Это вызвано тем, что многие предприниматели, опасающиеся бюрократического диктата власти, рассматривают КПРФ как последнюю крупную организованную силу способную противостоять этому диктату. Эти процессы дали основание Г. Зюганову заявить, что "сегодня даже либералы желают победы КПРФ".

Контролируемые властью телеканалы попытались использовать связи КПРФ с Б. Березовским и М. Ходорковским для дискредитации ее в глазах оппозиционно настроенных избирателей. Однако это представляется мало перспективным. Инициаторы этих атак не учитывают характер менталитета сторонников коммунистов. В их глазах такая информация воспринимается как нечто среднее между сознательной дискредитацией, враждебной клеветой и проявлением гибкости, учетом политической целесообразности.

Напротив, эта же информация может стать для части некоммунистического, либерального электората и предпринимательских кругов сигналом, разрешающим поддержку компартии.

Противоречиво выгладят сведения о материальных ресурсах КПРФ. Сайт партии сообщает примерно о 14 миллионах рублей пожертвований, собранных в избирательный фонд. Эта цифра примерно близка официально оглашенным данным ЦИК о 330 тысячах долларов на счету избирательного объединения КПРФ. Безусловно, информация о подобных ресурсах полумиллионной партии с огромными элитными и кулуарными связями и контролем за бюджетами многих регионов России вызывает оправданный скепсис.

Простой расчет показывает, что при среднем вкладе каждого члена партии в 100 рублей, КПРФ должна располагать 50 000 000 рублей или более чем 1,6 млн. долларов.

Поэтому более правдоподобно выглядят появляющиеся неофициальные данные: согласно одним, КПРФ собирается потратить на выборы от 8 до 12 млн. долларов, согласно другим – уже получила на кампанию более 70 млн. долларов, причем, по ряду данных, кроме естественных внутрипартийных денег, средств Видьманова и "красных регионов" партия располагает средствами ЮКОСа (что подтверждается заметным присутствием представителей последнего в предвыборных списках КПРФ, да и сама история создания банка Менатеп делает эту версию правдоподобной), ТНК и корпорации Потанина.

Нельзя не отметить, что данные конца лета – начала осени, причем приводимые разными социологическими центрами, показывают снижение поддержки КПРФ будущими избирателями. Правда, нельзя не учитывать, что для многих показательной стала судьба ВЦИОМа, позволявшего себе говорить о лидерстве КПРФ в электоральных предпочтениях.

Однако если лидеры КП РФ позволят себе списать это падение исключительно на "административный ресурс в сфере социологии" они рискуют стать жертвами собственного оптимизма.

Нельзя игнорировать более обоснованную гипотезу: попытка выстроить кампанию на "Обращениях к русскому народу", "русском вопросе" и обвинениях власти в пресловутой "русофобии" слишком расходятся с ожиданиями общества, желающего решать свои реальные социальные, а не виртуальные этнические проблемы.

Может быть, Г. Зюганов и прав, и "весь казачий пояс" дружной поддержит Н. Кондратенко, и, тем самым, список КПРФ, хотя весь этот пояс, включая Краснодарский оплот, уже в 1999-2000 году качнулся к "Единству" и В. Путину. Однако представляется, что для компартии куда важнее была бы поддержка ученых, инженеров и всего ИТР, атомоградов и университетских центров, которую ей мог бы принести Ж. Алферов, занимая второе место в списке партии.

Как бы то ни было, начавшаяся кампания КПРФ несет в себе некоторую внутреннюю интригу:

1.Сможет ли тактика замалчивания КПРФ в электронных СМИ позволить обществу "забыть" о ней, или электорат КПРФ настолько устойчив, что будет голосовать за компартию даже ничего о ней не слыша, "по памяти и слухам"?

2.Что окажется сильнее: противоречащее настроениям общества педалирование лидерами КПРФ этнических проблем, или растущие социально-протестные ожидания, которые общество по привычке будет ориентировать на КПРФ? Многие прежние опросы показывают, что 40-45 % населения считали, что выразителем их интересов являются коммунисты. Сколько процентов населения КПРФ оттолкнет от себя "национал-патриотизмом": больше, чем на прошлых выборах или меньше?

3.Как поведут себя губернаторы? На выборах 1995 г. они негласно подбрасывали голоса КПРФ, что бы ослабить позиции Б. Ельцина. На выборах 1999 г. они сыпали бюллетени каждый своей партии, борясь с противостоящей партией власти. Сегодня, после установления "вертикали власти", они в большинстве значатся в списках и сторонниках "Единой России". Однако каким будет их реальный выбор: соблюсти лояльность и еще более усилить "вертикаль власти", или рапортовать о лояльности, но усилить оппозицию, чтобы эту вертикаль ослабить и получить пространство для политического маневра?


ЧИТАЙТЕ
"Товарищ" рекомендует: приступаем к созданию рейтинга литературных произведений

ЭКСПЕРТНАЯ ЛЕНТА
  • Павел Святенков: Еврейский вопрос в России
  • Леонтий Бызов: Еврейский вопрос в России
  • Армен Асриян: Еврейский вопрос в России
  • Виктор Милитарев: Еврейский вопрос в России


  • ТОВАРИЩ, ВЕРЬ!
  • Тимур Шаов: Товарищи ученые
  • Анатолий Беляев: Мы не вышли с тобой
  • Александр Харчиков: Белый дом
  • Александр Харчиков: Реквием-93
  • Майя Алексеева: Когда придут наши
  • Николай Прилепский: Полугодовая панихида
  • Александр Крылов: Я не погиб...
  • Страна, которая где-то есть

  • ОБЗОР ПРЕССЫ
  • Интервью Владислава Суркова "Комсомольской правде"
  • Михаил Ходорковский: Кризис либерализма в России


  • АНАЛИТИКА
  • Сергей Черняховский: Коммунистическая партия Российской Федерации (КПРФ)
  • Армен Асриян: Стерегущие дом
  • Михаил Денисов, Виктор Милитарев: Безвременные грезы российских либералов
  • Виктор Милитарев: Консерватизм и социал-демократия: параметры альянса

  • КРИТИКА
  • Михаил Денисов, Виктор Милитарев: Феноменология повседневной черной магии
  • Михаил Денисов, Виктор Милитарев: Русскоязычная фантастика как теневой духовный лидер

  • ССЫЛКИ
  • АПН
  • ФОРУМ - открытая электронная газета
  • Газета "Спецназ России"
  • ТРАДИЦИЯ
  • STOPPER
  • Михаил Харитонов. Ненаучная фантастика
  • КРЕМЛЬ.ORG
  • Полярная звезда
  • Журнал Виктора Милитарева
  • Информационное агентство РОСБАЛТ









  • поиск информации



    НОВОСТИ
    | КЛУБ
    | ТОВАРИЩ, ВЕРЬ!
    | ОБЗОР ПРЕССЫ
    | АНАЛИТИКА
    | КРИТИКА
    | ФОРУМ

    Полное или частичное копирование материалов
    приветствуется со ссылкой на клуб "Товарищ".
    Rambler's Top100


    По вопросам сотрудничества пишите info@ctvr.ru